Налоговые споры между иностранной организацией и НК РФ Статья 310. Особенности исчисления и уплаты налога на доходы, полученные иностранной организацией из источников в Российской Федерации, удержанного налоговым агентом

Полный текст

Увеличение количества налоговых споров, связанных с удержанием налогов с доходов, выплачиваемых российскими организациями своим иностранным контрагентам, поставило в судебной практике вопрос о привлечении в судебный процесс представителей налогоплательщика – иностранной организации в качестве третьих лиц. Неоднозначное разрешение судами вопросов о необходимости привлечения в дело таких представителей приводит к нарушению конституционного права на судебную защиту, поскольку иным образом иностранная организация-налогоплательщик не может защитить свои имущественные права в отношениях с Российской Федерацией.

Ключевые слова

О. А. Ногина

Санкт-Петербургский государственный университет
Россия

Список литературы

Смолина О. Объяснения третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований // Налоговый вестник. – 2012. – № 7. – С. 112-123.

Рецензия

КОМПЕТЕНЦИЯ АРБИТРАЖНЫХ СУДОВ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ПО РАССМОТРЕНИЮ ДЕЛ С УЧАСТИЕМ ИНОСТРАННЫХ ЛИЦ

1. Арбитражный суд признает соответствующим статье 249 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации соглашение, которым являющиеся иностранными лицами стороны определили арбитражный суд в Российской Федерации в качестве компетентного по рассмотрению возникшего или могущего возникнуть между ними спора.

Между двумя иностранными компаниями (покупателем и продавцом) был заключен договор на поставку продовольственных товаров, который содержал условие о том, что все споры, возникающие из данного договора, будут рассматриваться в Арбитражном суде города Москвы.

Покупатель не оплатил поставленный товар, что послужило основанием для обращения продавца в указанный суд с исковым заявлением.

Арбитражный суд принял исковое заявление к производству, руководствуясь следующим.

В силу части 1 статьи 249 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) стороны, хотя бы одна из которых является иностранной, могут определить арбитражный суд в Российской Федерации в качестве компетентного по рассмотрению возникшего или могущего возникнуть спора.

Данная статья не исключает возможности заключения пророгационного соглашения (соглашения о выборе суда для рассмотрения возникших или могущих возникнуть споров) между двумя иностранными лицами, например, с целью выбора нейтрального и доступного суда для разрешения споров.

Как было установлено арбитражным судом, в том числе на основании представленных истцом документов о содержании иностранного права, заключенное между сторонами пророгационное соглашение, содержащееся в указанном договоре, не нарушало исключительную компетенцию иностранных судов ни государства истца, ни государства ответчика.

В такой ситуации арбитражный суд признал себя компетентным рассматривать спор.

2. Арбитражный суд признает действительным и исполнимым пророгационное соглашение, согласно которому споры из правоотношений сторон должны рассматриваться в суде страны той из них, которая в будущем выступит истцом (или ответчиком).

Между иностранной компанией (продавцом) и российским обществом (покупателем) был заключен договор на поставку запчастей для металлургического оборудования, согласно которому продавец обязался поставить, а покупатель – принять и оплатить изделия, указанные в спецификации.

Ненадлежащее исполнение обязанности по оплате названной продукции явилось основанием для обращения продавца в арбитражный суд в Российской Федерации с соответствующим иском.

Истец в обоснование компетенции суда ссылался на положение заключенного между ним и ответчиком договора, в котором устанавливалось, что “если ответчиком в споре будет покупатель, то такой спор будет разрешаться в государственном суде страны покупателя в соответствии с правилами, действующими в этом суде; если ответчиком будет продавец, то спор будет разрешаться в государственном суде страны продавца в соответствии с правилами, действующими в этом суде”.

Ответчик возражал против признания компетенции арбитражного суда в Российской Федерации на основании указанного положения – пророгационного соглашения, мотивируя свою позицию следующими доводами.

Исходя из содержания статьи 249 АПК РФ в пророгационном соглашении должен быть назван конкретный суд, который обладает компетенцией рассматривать соответствующий спор. Заключенное между сторонами пророгационное соглашение, содержащееся в договоре, является недействительным, так как не соответствует данному требованию, из его содержания не следует, что сторонами была согласована компетенция именно арбитражного суда в Российской Федерации.

Кроме того, ответчик полагал, что в случае признания этого соглашения о порядке разрешения споров действительным и исполнимым он будет лишен возможности подать встречный иск, поскольку должен будет обратиться с таким иском в государственный суд страны продавца.

Арбитражный суд не согласился с доводами ответчика, дав иное толкование статьи 249 АПК РФ.

В силу части 1 статьи 249 АПК РФ стороны, хотя бы одна из которых является иностранной, могут определить арбитражный суд в Российской Федерации в качестве компетентного по рассмотрению возникшего или могущего возникнуть между ними спора.

Пророгационным соглашением, содержащимся в договоре, стороны согласовали в качестве компетентного рассматривать их спор государственный суд страны покупателя в случае, если ответчиком выступит покупатель. Учитывая, что последним было юридическое лицо, личным законом которого являлось российское право (российское лицо), арбитражный суд пришел к выводу о том, что на момент предъявления иска он обладал компетенцией по рассмотрению споров между сторонами.

При этом арбитражный суд отметил, что после возбуждения производства по делу на основании норм международной подсудности по первоначальному иску встречный иск применительно к части 10 статьи 38 АПК РФ независимо от его подсудности предъявляется в арбитражный суд по месту рассмотрения первоначального иска.

3. При отсутствии в пророгационном соглашении в пользу российского суда указания на конкретный суд в Российской Федерации внутригосударственная подведомственность и подсудность спора арбитражному суду определяются на основе норм АПК РФ.

Российское общество с ограниченной ответственностью (займодавец) обратилось в арбитражный суд в Российской Федерации с исковым заявлением к иностранной компании (заемщику) о взыскании задолженности по договору займа.

Определением суда первой инстанции производство по делу было прекращено на основании пункта 1 части 1 статьи 150 АПК РФ.

Суд, оценив содержащееся в договоре займа пророгационное соглашение, в соответствии с которым стороны договорились о рассмотрении споров российским судом, пришел к выводу о его недействительности. Суд посчитал, что на основании данного соглашения невозможно установить, какой конкретно суд в Российской Федерации был определен сторонами в качестве компетентного, иных оснований своей компетенции не усмотрел.

Суд апелляционной инстанции отменил определение суда первой инстанции и направил дело на новое рассмотрение, руководствуясь следующим.

Из заключенного между сторонами пророгационного соглашения следовало, что воля сторон была направлена на разрешение спора именно в суде Российской Федерации.

При отсутствии в пророгационном соглашении в пользу российского суда указания на конкретный суд в Российской Федерации внутригосударственная подведомственность и подсудность спора арбитражному суду определяются на основе норм российского процессуального законодательства (статьи 34 – 38 АПК РФ).

Частью 4 статьи 36 АПК РФ предусмотрено, что иск, вытекающий из договора, в котором указано место его исполнения, может быть предъявлен в арбитражный суд по месту исполнения договора.

В заключенном между сторонами договоре займа было установлено, что его погашение должно быть осуществлено путем перечисления ответчиком заемных средств и начисленных процентов на расчетный счет истца в банке, находящемся в городе Москве.

При таких обстоятельствах, принимая во внимание изложенные нормы российского процессуального права, суд апелляционной инстанции сделал вывод о том, что данный спор должен быть рассмотрен в Арбитражном суде города Москвы.

4. Стороны не вправе путем заключения пророгационного соглашения изменить императивные нормы АПК РФ, устанавливающие внутригосударственную подведомственность и подсудность дел арбитражным судам.

Иностранная компания – продавец по договору международной купли-продажи товаров – обратилась в Федеральный арбитражный суд Московского округа с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю, который выступал покупателем по данному договору, в связи с неисполнением последним обязательств по оплате поставленного товара.

Истец в обоснование компетенции названного суда ссылался на пророгационное соглашение, согласно которому все споры, вытекающие из заключенного между сторонами договора международной купли-продажи товаров, должны рассматриваться в Федеральном арбитражном суде Московского округа или Высшем Арбитражном Суде Российской Федерации по выбору истца.

Арбитражный суд возвратил исковое заявление со ссылкой на пункт 1 части 1 статьи 129 АПК РФ, указав следующее.

В соглашении о порядке разрешения споров, заключенном между сторонами, содержится положение об изменении подсудности дел арбитражным судам, установленной частью 1 статьи 34 АПК РФ, которая носит императивный характер и не может быть изменена соглашением сторон.

Вместе с тем недействительность соглашения о порядке рассмотрения споров в части изменения правил внутригосударственной подсудности дел не влечет за собой недействительности заключенного между сторонами пророгационного соглашения в пользу арбитражных судов в Российской Федерации. Истец не лишен возможности обратиться на основании заключенного пророгационного соглашения в компетентный арбитражный суд в Российской Федерации, определяемый в соответствии с нормами АПК РФ.

5. При уступке прав требования из договора, в отношении споров из которого было заключено пророгационное соглашение, последнее сохраняет свою юридическую силу для должника и нового кредитора.

Между российским обществом с ограниченной ответственностью (далее – российское общество) и иностранной компанией-1 был заключен договор субаренды вагонов, один из пунктов которого предусматривал выбор в качестве применимого российского права и разрешение возникших между сторонами споров по этому договору в Арбитражном суде Свердловской области.

В дальнейшем по соглашению об уступке прав требования из договора субаренды российское общество уступило свое право требования другому иностранному юридическому лицу (далее – иностранная компания-2).

Иностранная компания-2 обратилась в указанный суд с исковым требованием к иностранной компании-1.

Иностранная компания-1 возражала против рассмотрения спора этим судом, так как полагала, что пророгационное соглашение, содержащееся в договоре субаренды вагонов, после уступки прав по названному договору утратило силу и не может быть реализовано.

Арбитражный суд Свердловской области признал себя компетентным рассматривать данный спор, руководствуясь следующим.

Стороны первоначального договора субаренды избрали конкретный арбитражный суд в Российской Федерации в качестве компетентного рассматривать возникшие и могущие возникнуть между ними споры по данному договору. Указанное соглашение сторон соответствовало статье 249 АПК РФ.

При уступке прав требования из договора субаренды права и обязанности в отношении порядка разрешения споров переходят к новому кредитору (иностранной компании-2) и сохраняют свою юридическую силу для должника (иностранной компании-1) и нового кредитора.

6. Арбитражный суд не признает себя компетентным, если по заявлению стороны установит, что между сторонами правоотношения заключено исполнимое и юридически действительное соглашение о рассмотрении спора исключительно судом иностранного государства.

Российское общество с ограниченной ответственностью (далее – общество) обратилось в арбитражный суд в Российской Федерации с заявлением к иностранной компании о признании заключенного между ними договора недействительным.

Иностранная компания возражала против рассмотрения дела в арбитражном суде, ссылаясь на наличие пророгационного соглашения, согласно которому все споры, возникающие из указанного договора и в связи с ним, в том числе касающиеся вопросов его действительности, должны рассматриваться Токийским окружным судом, юрисдикцию которого заключившие этот договор стороны прямо обязуются признавать.

Суд первой инстанции согласился с доводом ответчика, руководствуясь следующим.

Пророгационное соглашение было направлено на установление компетенции именно иностранного суда и на исключение компетенции судов иных государств по рассмотрению возникшего между сторонами спора, в том числе и компетенции арбитражных судов в Российской Федерации. При этом данное соглашение не нарушало исключительную компетенцию арбитражных судов в Российской Федерации, установленную статьей 248 АПК РФ.

Исходя из принципа автономности соглашения о порядке разрешения споров заявление истца о недействительности основного договора автоматически не влечет за собой оспаривания действительности пророгационного соглашения.

Между сторонами отсутствовал спор о действительности пророгационного соглашения.

Учитывая названные обстоятельства, суд признал пророгационное соглашение исполнимым и юридически действительным.

При наличии действительного пророгационного соглашения о передаче спора в компетентный суд иностранного государства арбитражный суд по заявлению ответчика оставил исковое заявление без рассмотрения на основании применимого по аналогии закона пункта 5 части 1 статьи 148 АПК РФ.

Суды апелляционной и кассационной инстанций согласились с выводами суда первой инстанции.

В другом деле арбитражный суд, оценивая заключенное между сторонами исполнимое и юридически действительное пророгационное соглашение о разрешении возникшего между ними спора исключительно в суде иностранного государства, учел, что стороны спорного правоотношения являются хозяйствующими субъектами государств – участников Соглашения Содружества Независимых Государств от 20.03.1992 “О порядке разрешения споров, связанных с осуществлением хозяйственной деятельности” (далее – Соглашение стран СНГ от 1992 года, Соглашение).

В такой ситуации арбитражный суд применил абзац второй пункта 2 статьи 4 Соглашения, предусматривающий прекращение судом производства по делу при наличии пророгационного соглашения в пользу суда иного государства – участника Соглашения.

7. Отсутствие возражений по вопросу о компетенции арбитражного суда со стороны лица, участвующего в деле, до первого заявления по существу спора подтверждает волю этой стороны на рассмотрение спора данным судом.

Российское общество с ограниченной ответственностью (далее – общество) обратилось в арбитражный суд в Российской Федерации с иском к иностранной компании о взыскании убытков, возникших в связи с причинением вреда обществу иностранной компанией в результате дорожно-транспортного происшествия на территории иностранного государства.

Суд первой инстанции принял исковое заявление к производству и рассмотрел дело по существу. Оценив представленные доказательства и заслушав доводы обеих сторон, суд пришел к выводу об обоснованности заявленного требования и удовлетворил иск.

Иностранная компания обжаловала решение суда первой инстанции, ссылаясь на отсутствие его компетенции, обосновывая это тем, что требование возникло из причинения вреда имуществу общества действием, имевшим место на территории иностранного государства. Иностранная компания полагала, что спор должен рассматриваться в иностранном государстве, в котором произошло дорожно-транспортное происшествие, и в такой ситуации арбитражный суд не должен был принимать исковое заявление к производству либо должен был прекратить производство по делу.

Суд апелляционной инстанции не согласился с названными доводами в связи со следующим.

Надлежащим образом уполномоченный представитель иностранной компании участвовал в рассмотрении дела в суде первой инстанции, выдвигал доводы по существу спора, которые были рассмотрены и оценены судом. При этом иностранная компания не оспаривала компетенцию арбитражного суда по рассмотрению данного дела.

Суд апелляционной инстанции сделал вывод о том, что участие иностранной компании в судебном разбирательстве и отсутствие возражений в отношении компетенции арбитражного суда в Российской Федерации до первого заявления по существу спора подтверждают ее волю на рассмотрение спора указанным судом и влекут за собой утрату иностранной компанией права ссылаться на отсутствие компетенции у данного суда (принцип утраты права на возражение). Такое процессуальное поведение ответчика в суде первой инстанции не давало оснований для прекращения производства по делу согласно пункту 1 части 1 статьи 150 АПК РФ.

8. К компетенции арбитражных судов в Российской Федерации на основании пункта 2 части 1 статьи 247 АПК РФ относятся дела, если орган управления, филиал или представительство иностранного лица находится на территории Российской Федерации, при условии, что заявленные исковые требования к иностранному лицу вытекают из деятельности данного органа управления, филиала или представительства иностранного лица.

Между российским акционерным обществом (заказчиком; далее – российское общество) и иностранной компанией (подрядчиком) был заключен договор на проведение капитального ремонта и модернизации буровых скважин на территории иностранного государства.

Впоследствии российское общество обратилось в арбитражный суд в Российской Федерации с иском к иностранной компании о ненадлежащем исполнении обязательств по указанному договору.

Истец полагал, что арбитражный суд в Российской Федерации компетентен рассматривать заявленный спор в силу пункта 2 части 1 статьи 247 АПК РФ в связи с нахождением филиала иностранной компании на территории Российской Федерации.

Арбитражный суд не согласился с доводами истца, прекратил производство по делу, признав себя не обладающим компетенцией рассматривать данный спор, исходя из следующего.

В случаях, когда филиал (представительство) не участвует в заключении и исполнении сделки, критерий определения международной подсудности по месту нахождения филиала (представительства) юридического лица, закрепленный в пункте 2 части 1 статьи 247 АПК РФ, не может применяться, поскольку для признания юрисдикции суда необходимо наличие доказательств связи филиала (представительства) иностранного лица со спорным правоотношением (например, с договором, деликтом).

Сам по себе факт нахождения филиала иностранной компании на территории Российской Федерации еще не является достаточным основанием для признания компетенции арбитражного суда в Российской Федерации.

В рассматриваемом деле арбитражный суд учел, что заявленные исковые требования вытекали из деятельности иностранной компании за рубежом, исполнение по спорному договору осуществлялось на территории иностранного государства, большинство доказательств расположено на территории иностранного государства, правом, применимым к договору, было право иностранного государства, доказательств связи спорного правоотношения с территорией Российской Федерации представлено не было. В связи с такими обстоятельствами арбитражный суд не признал себя компетентным рассматривать данный спор ни на основании пункта 2 части 1 статьи 247 АПК РФ, ни на основании пункта 10 части 1 той же статьи.

Иные основания компетенции арбитражных судов в Российской Федерации, установленные в статьях 247, 248, 249 АПК РФ, в рамках настоящего дела также отсутствовали.

9. Постоянное место деятельности, через которое полностью или частично осуществляется коммерческая деятельность иностранного лица на территории Российской Федерации, может для целей пункта 2 части 1 статьи 247 АПК РФ признаваться филиалом или представительством такого лица независимо от факта его формальной регистрации в установленном законом порядке.

Российское акционерное общество (далее – российское общество) обратилось в арбитражный суд Российской Федерации с иском к иностранной компании о взыскании неустойки в связи с невыполнением ею надлежащим образом договорных обязательств, связанных с оказанием консультационных услуг по подбору объектов недвижимого имущества на территории иностранного государства.

Иностранная компания возражала против компетенции арбитражного суда, ссылаясь на то, что поскольку у нее на территории Российской Федерации нет ни филиалов, ни представительств, ни органов управления, местом исполнения спорного договора должна была быть территория того иностранного государства, на которой требовалось подобрать объект недвижимого имущества. Иных оснований компетенции арбитражного суда, предусмотренных статьями 247, 248 и 249 АПК РФ, ответчик также не усматривал.

Суд первой инстанции не согласился с указанными доводами и признал себя компетентным рассматривать данный спор, руководствуясь следующим.

Из совокупности представленных истцом доказательств следовало, что иностранная компания осуществляла коммерческую деятельность на российском рынке в течение двух лет, предшествующих подаче искового заявления. Этот факт подтверждается датами договоров на оказание консультационных услуг, которые заключались работниками иностранной компании по доверенности в здании, расположенном в городе Москве. Оплата за оказание услуг также осуществлялась на территории Российской Федерации. Информация о деятельности иностранной компании была представлена на русском языке на сайте, зарегистрированном в доменной зоне “.RU”, при этом в разделе “Контакты” в качестве адреса компании указывался адрес в Российской Федерации.

Также арбитражный суд учел, что в рамках рассмотрения иного дела по налоговому спору с участием ответчика судом на основании международного договора об устранении двойного налогообложения между Российской Федерацией и иностранным государством, налоговым резидентом которого являлась иностранная компания, было установлено местонахождение ее постоянного представительства на территории Российской Федерации для целей налогообложения.

В такой ситуации арбитражный суд пришел к выводу о том, что у ответчика существовало постоянное место деятельности, через которое им осуществлялась коммерческая деятельность на территории Российской Федерации.

Несмотря на то, что факт регистрации представительства или филиала иностранной компании, а равно факт нахождения ее органа управления в Российской Федерации не имели место, арбитражный суд для целей пункта 2 части 1 статьи 247 АПК РФ во взаимосвязи с пунктом 10 части 1 той же статьи признал, что на территории Российской Федерации находился филиал указанного иностранного лица.

При таких условиях арбитражный суд признал себя компетентным рассматривать данный спор.

10. Арбитражный суд при применении пункта 10 части 1 статьи 247 АПК РФ устанавливает наличие тесной связи спорного правоотношения с территорией Российской Федерации в каждом конкретном случае с учетом всей совокупности обстоятельств дела.

Российское общество с ограниченной ответственностью (далее – российское общество) обратилось в арбитражный суд в Российской Федерации с исковым заявлением к иностранной компании в связи с невыполнением ею надлежащим образом обязательств из договора по монтажу и ремонту оборудования для гостиничного комплекса на территории иностранного государства.

В исковом заявлении российское общество в обоснование подсудности спора арбитражному суду ссылалось на тот факт, что директор иностранной компании, подписавший от ее имени договор, был зарегистрирован на момент его заключения по месту жительства в квартире, расположенной в соответствующем субъекте Российской Федерации. По мнению истца, этот факт свидетельствует о том, что орган управления иностранной компании – ответчика расположен в Российской Федерации, в связи с чем в силу пункта 2 части 1 статьи 247 АПК РФ спор подсуден российскому арбитражному суду.

Арбитражный суд не признал себя компетентным рассматривать данный спор по следующим причинам.

Суду не было представлено доказательств нахождения органа управления иностранной компании на территории Российской Федерации. Один лишь факт регистрации физического лица, осуществляющего функции органа управления, по месту жительства в квартире на территории Российской Федерации не может являться таким доказательством.

Иных доказательств, подтверждающих компетенцию российского суда по делам с участием иностранных лиц, перечисленных в статьях 247, 248 и 249 АПК РФ, суду также представлено не было.

Прекращая производство по делу, суд первой инстанции особо отметил факт отсутствия тесной связи спорного правоотношения с территорией Российской Федерации, как того требует пункт 10 части 1 статьи 247 АПК РФ. Формы такой связи различны, ее наличие должно выясняться судом в каждом конкретном случае с учетом всей совокупности обстоятельств дела.

В рамках данного дела было установлено, что спорное правоотношение (монтаж и ремонт оборудования) тесно связано с государством места осуществления работ по договору, объект, в отношении которого должны были выполняться работы, доказательства по делу находятся на территории иностранного государства, применимым к договору правом также является право иностранного государства.

Исходя из изложенного суд констатировал, что спорное правоотношение не имеет тесной связи с территорией Российской Федерации и арбитражный суд в Российской Федерации не будет надлежащим местом для разрешения такого спора.

Налогообложения иностранной организации при выполнении отделочных работ

В соответствии с подп. 1 п. 1 ст. 308 НК РФ под строительной площадкой иностранной организации на территории Российской Федерации в целях исчисления налога на прибыль понимается, в частности, место строительства новых объектов недвижимого имущества.

Статья 308 НК РФ регулирует налогообложение иностранных организаций, ведущих деятельность, связанную со строи тельством новых объектов недвижимого имущества, в месте строительства этих объектов. Таким образом к деятельности на строительной площадке не относится деятельность, не отвечающая этим критериям — не связанная со строительством новых объектов, но проводимая в месте строительства этих объектов; связанная со строительством новых объектов, но проводимая не в месте строительства; не связанная со строительством нового объекта и не проводимая в месте строительства нового объекта.

Компания (зарегистрирована в Республике Турция) ведет отделочные работы, являющиеся завершающим этапом строительства.

В разделе F (строительство) ОКВЭД, подразделе 45 «Строительство» указаны отделочные работы, которые включают штукатурные работы (код 45.41), столярные и плотничные работы (код 45.42), устройство покрытий полов и облицовку стен (код 45.43), малярные и стекольные работы (код 45.44), а также прочие отделочные и завершающие работы. Непосредственно формулировка ст. 5 Соглашения об избежании двойного налогообложения между РФ и Республикой Турция от 15 декабря 1997 г. «работы, связанные со строительной площадкой, строительным объектом» также позволяет отнести отделочные работы к деятельности на строительной площадке.

В правоприменительной практике налоговых органов укрепилась позиция, что отделочные работы нельзя относить к связанным со строительной площадкой. По мнению налоговых органов, выполнение отделочных работ облагается / освобождается от налогообложения по правилам, предусмотренным для обычной предпринимательской деятельности. То есть доход предприятия Турции от выполнения отделочных работ через постоянное представительство в РФ (в понимании этого термина, приведенном в ст. 5 Соглашения об избежании двойного налогообложения) облагается в РФ налогом на прибыль.

Так, в пункте 2.5.1 Методических рекомендаций по налогообложению прибыли (доходов) иностранных организаций указано, что Налоговый кодекс РФ «устанавливает специальное значение понятия «строительная площадка». В соответствии с п. 1 ст. 308 НК РФ под строительной площадкой иностранной организации на территории Российской Федерации в целях обложения налогом на прибыль понимается место строительства новых, а также реконструкции, расширения, технического перевооружения и (или) ремонта существующих объектов недвижимого имущества (за исключением воздушных и морских судов, судов внутреннего плавания и космических объектов), а также место строительства и (или) монтажа, ремонта, реконструкции, расширения и (или) технического перевооружения сооружений, в том числе плавучих и буровых установок, а также машин и оборудования, нормальное функционирование которых требует жесткого крепления на фундаменте или к конструктивным элементам зданий, сооружений или плавучих сооружений.

Если иностранная организация заключает договор подряда на выполнение работ, связанных с текущим ремонтом или отделкой помещений, монтажом телефонных линий в офисах или монтажом оборудования, не требующего прочной связи с фундаментом или конструктивными элементами зданий, перемещаемого без ущерба его назначению (например, компьютерная техника), то эта деятельность не является «строительной площадкой» в смысле законодательства о налогах и сборах. В этих случаях наличие или отсутствие постоянного представительства устанавливается исходя из общих критериев (признаков) постоянного представительства.

Налоговые органы полагают, что отделочные работы, выполняемые по отдельному договору, хотя и являются строительными, но не относятся к связанным со строительной площадкой, поскольку непосредственно в результате их выполнения не образуется объект недвижимости.

Такое толкование термина «строительная площадка» означает, что ст. 308 НК РФ, ст. 5 Соглашения об избежании двойного налогообложения регулируют деятельность только той иностранной организации, которая в результате своей деятельности передаст заказчику объект недвижимости. Анализ судебной практики показывает, что арбитражные суды распространяют на подрядчиков, проводящих только отделочные (или иные аналогичные) работы, нормы о налогообложении при деятельности на строительной площадке.

Так, в Постановлении от 24 ноября 2003 г. по делу № КА-А40 / 9307-03 ФАС Московского округа распространил нормы, касающиеся деятельности на строительной площадке, на работы по устройству внутренних инженерных сетей и оборудования. Налоговый орган ссылался на то, что исходя из характера работ, которые заявитель выполнял по контрактам, его деятельность не может рассматриваться как образующая «строительную площадку» исходя из определения данного термина, приведенного в Комментариях к Модельной конвенции, СНиП 1-2, утвержденных Госстроем России.

Суд, оценивая приведенный довод, указал, что:

  • выполняемые работы относятся к работам по строительству зданий и сооружений I и II уровней ответственности (отделочные работы также отнесены к деятельности по строительству зданий и сооружений I и II уровней ответственности — см.: Положение о лицензировании деятельности по строительству зданий и сооружений I и II уровней ответственности в соответствии с государственным стандартом, утвержденное Постановлением Правительства РФ от 21 марта 2002 г. № 174);
  • работы, выполняемые иностранной компанией, не могут проводиться отдельно от объектов недвижимости (отделочные работы также не могут проводиться отдельно от объектов недвижимости).

Ссылку налогового органа на СНиП, содержащий характеристики (признаки) строительной площадки (наличие участка земли, предназначенного для размещения объекта строительства, проекта производства работ, который определяет качественные характеристики строительной площадки, а также отвод участка земли), суд расценил как не опровергающую сделанные судом выводы. В Постановлении от 4 декабря 2000 г. по делу № Ф03-А73 / 00-2 / 2162 ФАС Дальневосточного округа распространил на проведение фасадных и отделочных работ положения Конвенции об избежании двойного налогообложения, касающиеся деятельности на строительной площадке.

В Постановлении от 14 июня 2005 г. по делу № Ф04–3649 / 2005 (11 869-А81-40) ФАС Западно-Сибирского округа указал, что «довод инспекции о том, что если иностранная организация заключает договор, предметом которого является выполнение работ, не требующих разрешения на строи тельство, связанных с текущим ремонтом или отделкой помещений, монтажом телефонных линий или монтажом оборудования, не требующего прочной связи с конструктивными элементами здания, то эта деятельность не охватывается понятием “строительная площадка”, не может быть принят как противоречащий п. 1 ч. 1 ст. 308 НК РФ. Понятие строительной площадки иностранной организации, данное в указанном пункте в целях гл. 25 НК РФ “Налог на прибыль организаций”, с учетом ч. 3 ст. 5; ч. 1 ст. 11 НК РФ может быть применено в рассматриваемом случае в целях определения статуса объекта строительных работ как строительной площадки, поскольку указанное толкование будет дополнительной гарантией защиты прав налогоплательщика относительно установления более четкого определения терминов в целях налогообложения».

Следует также отметить, что требования безопасности труда в строительстве содержат, в том числе, предписания по организации отделочных работ на строительной площадке. Такие предписания содержит Типовая инструкция по охране труда для маляра ТОИ Р-218-36–94, утвержденная Федеральным дорожным департаментом Минтранса России 24 марта 1994 г., Строительные нормы и правила РФ «Безопасность труда в строительстве. Часть 2. Строительное производство», принятые Постановлением Госстроя от 17 сентября 2002 г. № 123.

Влияние взаимозависимости лиц на сроки существования строительной площадки

Наряду с Компанией в выполнении работ участвует другой подрядчик — организация, зарегистрированная по законодательству РФ, взаимозависимая с Компанией. C точки зрения налоговых органов международные соглашения об избежании двойного налогообложения устанавливают минимальные сроки для признания стройплощадки постоянным представительством, именно поэтому в гл. 25 НК РФ есть специальные нормы исчисления сроков существования стройплощадок (см.: пункт 2.5 Методических рекомендаций по налогообложению прибыли (доходов) иностранных организаций). Иными словами, сроки выполнения работ на стройплощадке (18 месяцев) рассчитываются по тем правилам, которые предусмотрены в НК РФ (если иные правила подсчета сроков прямо не закрепленв международном Соглашении).

Значительная судебная практика по этому вопросу до сих пор не сложилась. В судебном деле суд исследовал довод налогового органа о сложении сроков при продолжении (возобновлении) работ после перерыва в выполнении работ. Налоговые сроки применяли правила подсчета сроков, установленные ст. 308 НК РФ, несмотря на соглашение об избежании двойного налогообложения. И хотя спор был решен в пользу налогоплательщика, суд основывался именно на ст. 308 НК РФ, а не на нормах Соглашения (Постановление ФАС Северо-Западного округа от 20 февраля 2004 г. по делу № А56–17 837 / 03). Правила сложения сроков взаимозависимых подрядчиков могут быть не установлены Соглашением об избежании двойного налогообложения. Следовательно, ст. 308 НК РФ устанавливает правила, отличные от положений Соглашения и вводящие дополнительные критерии для образования постоянного представительства. Соответственно, эти правила не могут рассматриваться как соответствующие Соглашению, и в данном случае должны применяться положения Соглашения, а не ст. 308 НК РФ.

В Комментариях к Модельной конвенции (п. 20 комментариев к ст. 1) «стратегия эстафетных компаний» признается злоупотреблением налоговым договором. В пункте 18 Комментариев к ст. 5 намеренная передача части работ компании, принадлежащей той же самой группе, также рассматривается как злоупотребление налоговым договором. При этом указано, что стороны могут выработать решение этой проблемы в рамках двусторонних переговоров. Это означает, что последовательное выполнение работ взаимозависимыми подрядчиками не приводит к увеличению срока деятельности на строительной площадке. И, если государства того пожелают, они вправе заключать дополнительные соглашения, чтобы воспрепятствовать таким действиям.

С другой стороны, это свидетельствует о том, что договаривающиеся стороны предполагают исходя из презумпции добросовестности налогоплательщика, что норму будут применять именно добросовестные подрядчики. Передача же работ от одного подрядчика к другому лишь для того, чтобы избежать возникновения постоянного представительства, может быть признана недобросовестным действием. Учитывая, что вопрос о недобросовестности налогоплательщиков неоднократно поднимался в арбитражной практике, можно предположить, что суд с большой вероятностью применит правила о сложении сроков по ст. 308 НК РФ, если будет доказана недобросовестность иностранных компаний или будет обосновано, что взаимозависимость компаний могла повлиять на выполнение хозяйственных операций.

В соответствии с п. 4 ст. 308 НК РФ продолжение или возобновление после перерыва работ на строительном объекте после подписания акта между предыдущим подрядчиком, зарегистрированным по законодательству РФ, и Компанией приводит к присоединению срока ведения продолжающихся или возобновленных работ и перерыва между работами к совокупному сроку существования строительной площадки. Основанием для применения правила сложения сроков может быть только продолжение работ, ранее выполнявшихся Компанией, другим, взаимозависимым с ней подрядчиком.

Хотя законодатель не уточняет, что следует понимать под продолжением работ, очевидно, что при этом следует исходить из общелексического значения употребленных в ст. 308 НК РФ слов. То есть продолжение работ — это осуществление ранее выполнявшихся, а не каких-либо иных работ. При этом норма распространяется на работы, ранее выполнявшиеся иностранным подрядчиком, в отношении которого применяется правило сложения сроков, а не вообще работы на строительном объекте.

Таким образом, если Компании на строительном объекте поручены работы определенного вида (отделочные работы), эти работы завершены, и другие подрядчики впоследствии на этой строительной площадке выполняют иные работы, то нельзя говорить о «продолжении работ», и правило сложения сроков в этом случае на Компанию не распространяется.

Равным образом п. 4 ст. 308 НК РФ не применяется, если работы (даже одного вида) выполняются Компанией и другим подрядчиком одновременно, поскольку в этом случае также нельзя говорить о «продолжении работ». Соответственно, сроки выполнения работ и в такой ситуации не складываются. В иных случаях (когда иной взаимозависимый с Компанией подрядчик выполняет те же работы после того, как работы Компанией завершены) существует серьезный риск применения к Компании п. 4 ст. 308 НК РФ — правила сложения сроков, с возможным возникновением постоянного представительства для целей налогообложения.

Обложение налогом на добавленную стоимость

В соответствии с подп. 1 п. 1 ст. 148 НК РФ местом реализации работ признается территория Российской Федерации, если работы (услуги) связаны непосредственно с недвижимым имуществом (за исключением воздушных, морских судов и судов внутреннего плавания, а также космических объектов), находящимся на территории Российской Федерации. К таким работам (услугам), в частности, относятся строительные, монтажные, строительно-монтажные, ремонтные, реставрационные работы, работы по озеленению.

Местом реализации отделочных работ, проводимых в Российской Федерации, является Российская Федерация независимо от места деятельности исполнителя или заказчика.

Должен ли налог уплачиваться по месту постановки на учет конкретного отделения, по месту нахождения которого ведутся облагаемые НДС операции? Например, ФАС Восточно-Сибирского округа при вынесении Постановления от 14 января 2005 г. по делу № А19–11 585 / 04-45-Ф02–5593 / 04-С1 признал, что иностранная организация, обязанная уплатить НДС, должна исполнять эту обязанность по месту нахождения каждого обособленного подразделения, через которое совершаются операции, облагаемые НДС. Суд отказал налоговому органу во взыскании пеней и штрафов, руководствуясь тем, что вследствие уплаты НДС через московское отделение (вместо других подразделений) у иностранной организации не образовалось недоимки перед федеральным бюджетом. Однако суд взыскал штрафные санкции за непредставление налоговых деклараций по месту учета каждого обособленного подразделения.

В Постановлении от 30 мая 2002 г. по делу № КА-40 / 3386-02 ФАС Московского округа указал, что «одно отделение иностранной организации не может нести обязанность по исчислению и уплате НДС за другие отделения и не может вычитать из общей суммы налога налог, уплачиваемый по месту нахождения других отделений».

Такую судебную практику нельзя признать сформировавшейся. Из НК РФ следует, что любой НДС (независимо от того, совершались ли налогооблагаемые операции через обособленное подразделение или нет) должен уплачиваться иностранной организацией по месту учета в Российской Федерации. То есть отсутствует прямая связь между представительством облагаемых НДС операций и возникновением обязанности уплаты НДС.

Учет в налоговых органах

В соответствии с п. 1 ст. 83 НК РФ налогоплательщики должны вставать на учет в налоговых органах, соответственно, по месту нахождения организации, по месту нахождения ее обособленных подразделений; физические лица — по месту жительства, а также по месту нахождения принадлежащего им недвижимого имущества и транспортных средств и по иным основаниям, предусмотренным НК РФ.

Особенности учета иностранных организаций установлены Минфином России.

В соответствии с п. 2.1 Положения об особенностях учета в налоговых органах иностранных организаций (утв. приказом МНС РФ от 7 апреля 2000 г. № АП-3-06 / 124) на учет в налоговых органах должны вставать иностранные организации, ведущие деятельность в Российской Федерации через филиалы, представительства, другие обособленные подразделения. Согласно п. 2 ст. 144 НК РФ иностранные организации имеют право встать на учет по месту нахождения своих постоянных представительств. В судебной практике эта норма трактуется таким образом, что «по месту осуществления деятельности (нахождения стройплощадки) должна состоять сама иностранная организация и, соответственно, иностранная компания, являясь налогоплательщиком, обязана уплачивать налоги и сборы в бюджеты всех уровней в каждом из мест нахождения своих подразделений в России» (Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 14 января 2005 г. по делу № А19–11 585 / 04-45-Ф02–5593 / 04-С1).

Таким образом, при постановке на учет в налоговом органе иностранных организаций, ведущих строительно-монтажные работы на территории Российской Федерации, строи тельная площадка рассматривается с момента начала работ как частный случай постоянного представительства и являет собой самостоятельное отделение.

Налоговые органы высказывают позицию о необходимости постановки иностранной организации на учет вне зависимости от того, рассматривается ли международным соглашением ее деятельность как деятельность, проводимая через постоянное представительство, или нет. УФМС России по г. Москве неоднократно высказывалось о необходимости постановки на учет иностранной организации в порядке, определенном п. 2.1.1 Положения об особенностях учета иностранных организаций, утвержденного приказом МНС России от 7 апреля 2000 г. № АП-3-06 / 124, не позднее 30 дней с момента начала деятельности на строительной площадке, если деятельность будет продолжаться в течение периода, превышающего 30 календарных дней в году (например, письма от 5 февраля 2004 г. № 26-12 / 7384; от 19 ноября 2002 г. № 26-12 / 56 288). УФМС России по г. Москве указывает, что иностранные организации обязаны встать на учет в налоговом органе и представлять налоговую декларацию по налогу на прибыль в порядке, установленном п. 8 ст. 307 НК РФ, независимо от наличия обязательств, с которыми законодательство Российской Федерации о налогах и сборах и международные договоры Российской Федерации связывают возникновение обязательств уплаты налогов.

При вынесении Постановления от 23 апреля 2004 г. по делу № А66-6315-03 ФАС Северо-Западного округа указал, что нормы Соглашения об избежании двойного налогообложения не регулируют вопросов обложения НДС. Следовательно, вопрос обложения НДС и постановки на учет регулируется нормами НК РФ.

Итак, можно сделать вывод, что налог на прибыль с доходов от выполнения отделочных работ исчисляется по правилам налогообложения дохода, полученного от деятельности на строительной площадке. Правило сложения сроков (п. 4 ст. 308 НК РФ) будет применяться в случае, если после завершения Компанией порученных ей работ другой взаимозависимый с Компанией подрядчик продолжит выполнение тех же работ на том же строительном объекте. В иных случаях правило сложения сроков к Компании неприменимо.

Выполнение отделочных работ на строительной площадке облагается НДС. Налог уплачивается через постоянное представительство, состоящее на учете в налоговом органе РФ.

Дополнительный анализ:  Адвокат по налоговым спорам Белгород
Оцените статью
Аналитик-эксперт
Добавить комментарий