Лидеры падения лета. Ищем кандидатов на отскок

Лидеры падения лета. Ищем кандидатов на отскок Аналитика

Что случилось с гипронииавиапромом и казом

— Игорь Георгиевич, общественность так и не получила ответа на вопрос о том, как КазГАП оказался в собственности «Технодинамики». В отрасли ходят разговоры о захвате предприятия…

— Да и в газетах проскальзывает, что мы рейдеры, которые захватили Гипронииавиапром. Но Борис Иванович был не тем человеком, у которого что-то можно забрать. Если бы не проблемы со стройками на Казанском авиазаводе, институт и дальше оставался бы у него. А если бы он не пришел к нам, то обратился бы к кому-то еще.

В 2021–2021 годах КазГАП оказался в очень тяжелой финансовой ситуации. Да, он и раньше занимался строительством, но это было 1–2 объекта, и, если они уходили в минус (а в отрасли это дело обычное), институт справлялся за счет денег от проектирования, а также поставок оборудования.

Строительство должно было начаться в 2021-м, экспертизу по сметам провели тогда же, и в 2021-м Борис Иванович оказался в ситуации, когда все стройки встали — подрядчики перестали работать за деньги 2021 года. А поскольку ответственности перед заказчиком никто не отменял, «Туполев» и ОДК (а там тоже была стройка КазГАПа) подготовили к вскрытию банковские гарантии — одномоментно на 5 миллиардов рублей.

Для института это банкротство — у него никогда таких денег не было. Более того, на тот момент, когда мы стали общаться с Борисом Ивановичем, у КазГАПа только по ВТБ кредитная нагрузка была 1,2 миллиарда. Кредит помогла взять республика, иначе бы не дали.

Еще проблема — несоответствие проектной и рабочей документации. Обычное дело на любом крупном объекте, но по закону заказчик не имеет права принимать такие работы, а соответственно, и оплачивать. На решение проблемы необходимо время. КазГАП еще и на тендерах прибили:

Ко второй половине 2021 года стройки стояли и Борис Иванович стал искать партнеров, которые бы подставили плечо. Пришел к нам, и родилась идея создания проектно-строительного холдинга. Напомню, в СССР был Московский ГАП, у него 8 филиалов, в том числе казанский.

В трудные времена они стали самостоятельными, и до наших дней дожило четыре. Когда в конце 2021 года наша команда пришла в «Технодинамику», в ее составе был банкротный Ульяновский ГАП. Мы его из этой процедуры вытащили, и, хотя сегодня прибыль у института небольшая, есть заказчики, люди (порядка 50 человек) работают.

На момент знакомства с Борисом Ивановичем мы вели с Романом Троценко (владелец AEONCorporation, занимающейся девелоперским, судостроительным, аэропортовым и другими бизнесами, — прим. ред.), который тогда был основным собственником МосГАПа, переговоры о вхождении в капитал данного института.

Мы с Борисом Ивановичем много разговаривали, он в нас поверил, и мы купили контрольный пакет. Несколько раз приходили к Рустаму Нургалиевичу (Рустам Минниханов — президент Татарстана — прим. ред.) — не с первого раза достигли взаимопонимания.

«В ноябре 2021 года, наконец, зашли на авиазавод, и увидели, что есть участки, где стоит станок, исполняется гособоронзаказ (ГОЗ), а потолка нет, стены нет»«В ноябре 2021 года наконец зашли на авиазавод и увидели, что есть участки, где стоит станок, исполняется гособоронзаказ (ГОЗ), а потолка нет, стены — тоже»

В ноябре 2021 года наконец зашли на авиазавод и увидели, что есть участки, где стоит станок, исполняется гособоронзаказ (ГОЗ), а потолка нет, стены — тоже. А уже снег идет. Первым делом вложили 400 миллионов своих рублей, чтобы закрыть тепловой контур.

Сегодня, вопреки распространенному мнению, стройки идут. Пять сданы физически, но на четыре из них документы не оформляли специально — иначе их приняли бы по ценам 2021 года и я бы повесил на КазГАП убыток в 3 миллиарда. Чтобы объемы, которые строили в 2020–2021 годах, приняли по фактическим расценкам, у заказчика должны быть юридические основания, и мы их вместе с «Ростехом» и республикой создаем.

Кредит ВТБ мы погасили. Поручительства Бориса Ивановича перевели на «Технодинамику». Получили банковские гарантии на 7,3 миллиарда. Решили также проблему расхождения проектной и рабочей документации — институт привел ее в соответствие. А еще подсократили строительные подразделения КазГАПа — ко многим ответственным за стройки масса претензий. К субподрядным строительным фирмам их еще больше, и они должны понимать, что ответят за каждый бюджетный рубль.

Сейчас говорят, что у КАЗа проблемы с гособоронзаказом из-за того, что техперевооружение опаздывает. Сегодня оно не опаздывает: стройки переданы в опытную эксплуатацию, оборудование запущено. Остается инжиниринговый центр (обязаны сдать в этом году), но срок окончания данной стройки никак не влияет на исполнение ГОЗа.

Также в 2021-м сдаем два цеха, они тоже не имеют прямого отношения к выполнению нынешнего ГОЗа. В недостаточном темпе идут работы по заготовительно-штамповочному производству и гальванике, но эти цеха до сих пор нам не передали в работу, потому что там делается ГОЗ.

Фотография легендарного директора Казанского авиазавода Виталия Копылова на письменном столе Бориса Тихомирова в его мемориальном кабинетеФотография легендарного директора Казанского авиазавода Виталия Копылова на письменном столе Бориса Тихомирова в его мемориальном кабинете

— Как относитесь к разговорам о том, что КАЗ надлежало не модернизировать, а отстраивать заново?

— Это было бы однозначно лучше — быстрее, дешевле, долговечнее. На КАЗе сейчас пятнами: здесь чуть новое, там старое, здесь новое, там старое. Но это решение тоже не просто так принималось. Построить новый завод — это колоссальные деньги. А еще нельзя останавливать работу, то есть сначала надо было сделать полный дублер КАЗа, а потом в одночасье, не прерывая выполнения ГОЗа, на него «перепрыгнуть».

Словом, реконструкция идет заплатками не потому, что ею занимаются неграмотные люди, а из-за того, что по имеющемуся объему финансирования деньги пустили на самое актуальное. А вот дальше будем строить совершенно новые корпуса. И проектировать их будет КазГАП, то есть он останется ключевым проектировщиком для КАЗа. Но это уже другая история. Главное, унести ноги от убыточных строек, которые якорем висят.

— Какие еще проекты, помимо модернизации КАЗа, ведет Гипронииавиапром?

— Это проекты для корпорации «Тактическое ракетное вооружение», ОДК, «Вертолетов России» и других. Заказов на проектирование и строительство гораздо больше, чем берем, — институт перегружен. Плюс будут перевооружаться боеприпасные компании и спецхимия — огромное поле работы. Есть и гражданские проекты: «Мосинжпроект» неплохо заказывает, нефтяники.

— С рынком жилья покончено?

— Нет, мы ребят, которые занимаются привлечением заказов, не одергиваем — просто надо людей добрать, обеспечить ресурсами. Но сейчас гражданского объема у КазГАПа нет.

«Нельзя останавливать работу, то есть сначала надо было сделать полного дублера КАЗа, а потом в одночасье, не прерывая выполнение ГОЗа, на него «перепрыгнуть»«Нельзя останавливать работу, то есть сначала надо было сделать полного дублера КАЗа, а потом в одночасье, не прерывая выполнения ГОЗа, на него «перепрыгнуть»

— Кто будет новым генеральным директором?

— Ищем. Обязательно согласуем с республикой.

— Сергей Раковец останется в холдинге?

— Мы давно друг друга знаем. Думаю, найдем применение его талантам.

— Сколько акций КазГАПа у «Технодинамики»?

— Почти 100 процентов. Несколько месяцев назад купили примерно 48 процентов, которые Борис Иванович завещал родственнице.

— Сделка была рыночной?

— Когда проговаривали сделку на контрольный пакет, сколько Борис Иванович назвал, столько и заплатили, а сейчас — с учетом ситуации. Надо понимать, что при финансовых обязательствах института перед «Технодинамикой» он ничего не стоит и начнет что-то стоить, только когда проведем все запланированные мероприятия.

Некоторые презентационные образцы боеприпасов, выпускающиеся предприятиями «Технодинамики»Презентационные образцы некоторых боеприпасов, выпускающихся предприятиями «Технодинамики»

Что день грядущий нам готовит: профессиональное развитие бизнес-аналитика в контексте мировых трендов

Предлагаю читателям «Мегамозга» расширенный материал, подготовленный автором на основе доклада, прочитанного на конференции REQ Labs 2021.

На протяжении последних лет наблюдается устойчивый рост популярности профессии бизнес-аналитика. В подтверждение данного высказывания можно привести несколько фактов. Так по данным TEKsystems, крупнейшего игрока на рынке подбора кадров, с 2008 по 2021 спрос на специалистов в области бизнес-анализа на рынке США вырос на 236%.

Данная тенденция характерна и для отечественного рынка. Если говорить о постсоветском пространстве, дополнительно можно отметить появление тематических конференций по бизнес-анализу (ReqLabs и AnalystDays), организацию Киевского и Российского отделений Международного института бизнес-анализа (International Institute of Business Analysis (IIBA). Рост интереса можно объяснить общим увеличением емкости рынка, бурным ростом продуктовых компаний, стремлением аутсорсинговых компаний выйти на новый качественный уровень за счет выполнения всех проектных активностей на своей стороне.

В рамках данной статьи хотелось бы рассмотреть тренды последних лет и дать ряд рекомендаций по профессиональному развитию бизнес-аналитиков.

Перед тем, как перейти к обсуждению трендов, предлагаю определиться с базовыми терминами «бизнес-анализ» (business analysis) и «бизнес-аналитик» (business analyst, BA).

В своде знаний по бизнес-анализу (A Guide to the Business Analysis Body of Knowledge® (BABOK® Guide) версии 2.0, созданном специалистами IIBA сформулировано следующее определение:

Бизнес-анализ – это совокупность задач и техник, используемых для обеспечения взаимодействия между заинтересованными сторонами с целью понимания структуры, политик и операций организации, а также для рекомендации решений, позволяющих организации достигать своих целей (тут и далее перевод автора).

Из этого определения можно сделать вывод, что основная задача бизнес-анализа – помочь организации, в интересах которой мы проводим наши активности – нашего заказчика, достичь поставленных целей. Хотелось бы обратить внимание, что часть потребностей/ожиданий заинтересованных лиц может остаться неудовлетворенной. Но если при этом цели организации достигнуты, то решение можно считать успешным.

Дополнительный анализ:  Пробки в Москве и области сейчас онлайн на карте – Яндекс • Пробки

Сразу отмечу, что IIBA рассматривает бизнес-анализ не только в контексте IT-решений, а значительно шире. Так как решение может представлять собой не только IT-систему, но и реинжиниринг бизнес-процессов, изменение штатного расписания, передача части активностей на аутсорсинг и т.д. Мы же сконцетрируемся именно на бизнес-анализе в IT.

Определение для термина «бизнес-аналитик» в BABOK® Guide v 2.0 лично меня немного смущает:
Бизнес-аналитик – это любое лицо, выполняющее бизнес-аналитические активности, вне зависимости от названия должности и роли в организации.

Я бы добавил уточнение, что бизнес-аналитик большую часть времени занят бизнес-аналитическими активностями, так как в противном случае под исходное определение подходит и руководитель проекта (PM), и специалист по тестирования, и разработчик.

Говоря о трендах последних лет будем опираться на исследования крупнейшей тренинговой компании ESI International (Top 10 Trends in Business Analysis in 2021/2021), работу Aaron Whittenberger «Where is the business analysis profession going», изданную в 2021г. ( С переводом данных работ также можно ознакомится тут), а также материалы IIBA®.

Первым трендом, на который хотелось бы обратить внимание, это продолжение расширения области применения гибких методологий разработки (Agile-методология). Несмотря на понимание, что Agile не является «серебряной» пулей, большое число неудачных по разным причинам внедрений и явные признаки агрессивного маркетинга его адептов, популярность Agile остается высокой. Не вдаваясь в детали хотел отметить два, пожалуй, наиболее важных аспекта с точки зрения заказчика. Первое, заказчик начинает получать определенную бизнес-пользу начиная с первых релизов (держим в уме принцип Парето и принцип расчета present value из теории финансов). Второе, методология адаптирована на работу с большим количеством изменений, а мир вокруг нас более чем изменчив. Отталкиваясь от личного опыта, могу сказать, что даже такие консервативные структуры как финансовые институты, как минимум, часть своих проектов переводят на гибкие методологии. Процитирую одну из работу указанных выше: «Быть «Agile» становится компетенцией, а не методологией». В данном контексте от бизнес-аналитиков требуется знаний заточенных под Agile техник, сильных и слабых сторон данной методологией, сферы ее применимости.

Если говорить о техниках спецификации требований, то большую популярность в последние годы набрали подход пользовательских историй (User Story) и наблюдается возврат интереса к технике вариантов использования (Use Case). Приведу один из стандартных шаблонов User Story: As WHO, I want WHAT so that WHY. На мой взгляд очень важную роль играет последняя часть – WHY. Понимание со стороны команды, какую цель хочет достигнуть заказчик, позволяет предложить ему лучшее решение. Для аналитика это хороший инструмент для перехода от «как заказчик хочет решить проблему» к «какую проблему заказчик хочет решить». Это позволяет совместно с командой выработать несколько потенциальных решений, из которых совместно с заказчиком можно выбрать лучшее с учетом существующих ограничений. Таким образом, User Story, с одной стороны, дает нам понимание того, кому какая возможность нужна и для чего она нужна, с другой стороны, дает команде относительную свободу действий по выработке подхода для удовлетворения потребностей заинтересованного лица. В то же время, стоит отметить, что User Story не соответствуют в полном объеме таким критериям «хороших требований» как полнота, однозначность и проверяемость. Один из подходов, позволяющих с этим бороться, является, например, практика определения критериев приемки (Acceptance criteria). Возврат интереса к Use Case можно объяснить тем, что это достаточно удобный механизм описания сценариев взаимодействия пользователя с системой, а значительная часть разрабатываемых систем является именно автоматизированными системами, т.е. предполагают работу человека с системой. Use case служит для документирования функциональных требований, но в то же время он позволяет связать их с не функциональными требованиями. С помощью User Story Use Case мы можем определить границы системы (что мы делаем, а что не относится к нашему проекту) и приоритеты для разработки.

Еще несколько лет назад большинство аналитиков, работающих на постсоветском пространстве, работали как системные аналитики или инженеры по требованиям. «Честным» полноценным бизнес-анализом в понимании IIBA или British Computer Society (BCS) раньше мы не занимались. Теперь такие задачи на аналитиков, в том числе в аутсорсинговых компаниях, возлагаются. Техники SWOT-анализа, матрицы Boston Consulting Group, PESTLE, бенчмаркинг – все эти техники входят в арсенал наших инструментов. Таким образом, бизнес-аналитики все чаще включаются в активности стратегического бизнес-анализа, а потенциальная дорожная карта развития может быть следующей:

Лидеры падения лета. Ищем кандидатов на отскок

Много споров вызывает вопрос о разграничении полномочий бизнес-аналитика и руководителя проекта (например). Однозначно можно сказать, что сферы их ответственности пересекаются, как минимум, в области идентификации и анализа заинтересованных лиц проекта, а также в части приоритизации и определения дорожной карты проекта. Если вернуться к Agile, то ключевую роль в проекте играет Product Owner, де-факто бизнес-аналитик. В продуктовых компаниях практикуется введение должности менеджера продукта, значительная часть активностей которого относится к сфере бизнес-анализа. Для крупных проектов зачастую организуются аналитические группы, во главе которых находится ведущий аналитик. Следовательно, возникает необходимость приобретения аналитиками управленческих навыков.

Одной из ключевых обязанностей бизнес-аналитика остается управление требованиями. Существует много точек зрения, что включает в себя данная задача. Я понимаю под управлением требованиями следующие активности: управление границами решения/проекта, управление изменениями, трассирование требований и приоритизация требований. По мере усложнения проектов/продуктов, данные активности приобретают большую важность и трудоемкость. Работа в условиях распределенной команды также предъявляет более строгие требования к управлению требованиями. В результате все большую популярность набирают специализированные инструменты работы с требованиями, такие как JAMA Contour, Requisite Pro, HP ALM и др. Соответственно, понимание принципов и навыки работы с подобными инструментами становятся обязательным требованием к бизнес-аналитикам.

Позиция бизнес-аналитика по своей природе дуалистична: при работе с заказчиком он представляет команду разработки, при работы с командой – представляет заказчика. Это накладывает дополнительные требование не только к soft skills, но также требует значительных навыков как в техническом, та и бизнес-домене. По мере движения от инженера по требованиям к бизнес-аналитику, задействованному в разработке стратегии развития компании, фокус коммуникаций смещается с конечных исполнителей-рядовых сотрудников компании заказчика на менеджмент среднего уровня и топ-менеджмент. Еще несколько лет назад практически единственной возможностью карьерного роста бизнес-аналитикам виделся переход на позицию руководителя проекта, то сегодня картина более радужная. Приведу дорожную карту карьеры, разработанную IIBA. Как видим перспективы более чем интересные, как в рамках продуктовых и аутсорсинговых компаний, так и вне IT сектора. Как говорится, выбор есть на любой вкус. Также все чаще случаются переходы сотрудников между этим компаниями, сопровождающиеся дополнительными возможностями.

Лидеры падения лета. Ищем кандидатов на отскок

Рассмотрим основные тенденции, касающиеся обучения и профессионального развития аналитиков. Во многих компаниях, особенно крупных, за последние годы наметилась тенденция самоорганизации специалистов, в частности, бизнес-аналитиков. Это могут быть формальные центры компетенции на уровне компании, профессиональные сообщества, клубы и т.д. Новички формируют запрос на знания, эксперты заинтересованы в профессиональном признании, компании – в формировании кадрового резерва. Можно выделить два направления данных сообществ: развитие навыков бизнес-аналитика (техники и инструменты, методологии и стандарты) и знания предметной области. Последнее особенно характерно для финансового домена. Также наблюдается рост инвестиций в обучение сотрудников со стороны компаний. С одной строны это способствует повышению профессионального уровня сотрудников компании, с другой – может выступать в роли поощрения сотрудников. Основной фокус сконцентирован на изучении методологий и «best practices». По мере взросления отрасли, повышается спрос на сертификации со стороны аналитиков. Существующие сертификации для бизнес-аналитиков можно условно разделить на 4 группы:

  1. предметная область (финансы, бухгалтерский учет и т.д.);
  2. инструменты/нотации (IBM Rational Rose, OMG Certified UML Professional™, ARIS Certificate / BPM Certification Program);
  3. soft skills;
  4. комплексные сертификации в области непосредственно бизнес-анализа/инженерии требований от ведущих международных институтов (IIBA, IREB, BCS).
Дополнительный анализ:  Профессия Бизнес-аналитик (специалист по бизнес-процессам) в Москве: где учиться, куда поступать

Резюмируя вышесказанное, приведу довольно оптимистическое высказывание из Top 10 Trends in Business Analysis in 2021 от ESI: «There’s never been a better time to be a BA!».

Денис Гобов

Бизнес-аналитик — кто такой и зачем нужен

Дата сайентисты и системные аналитики сильнее в программировании, лучше разбираются в инструментах BI, организации системы хранения и обработки данных.

Маркетинговые аналитики работают с BI, оптимизируют маркетинговые кампании, экономику продаж.

Финансовые аналитики разбираются в финансовых инструментах, инвестициях, кредитах и займах, условиях финансирования.

Продуктовые аналитики лучше знают метрики, связанные с конкретными продуктами, и инструменты для анализа работы эффективности продуктов (performance).

Наконец, бизнес-аналитики погружаются в выстраивание процессов, экономику, финансы, исследования. Работают с BI и отчётностью, визуализируют данные.

Посмотрим, в каких командах задействованы бизнес-аналитики и какова их роль в каждой из них.

Чаще всего бизнес-аналитики работают в консалтинговом подразделении — внутреннем отделе или в консалтинговой компании. Под консалтингом подразумеваем управленческий консалтинг, среди известных представителей которого компании McKinsey, PWC, Deloitte, Ernst&Young.

Консалтинг — это проектные команды, которые решают задачи по изменению компании. Имеется в виду изменение бизнес-процессов — допустим, закупок, найма и онбординга, системы KPI — или создание и внедрение новых проектов.

Пример. Перед запуском системы для оплаты проезда «Тройка» в Московском метро консультанты просчитали экономику, затраты, ресурсы, схему работы.

Это подразделение компании, которое занимается долгосрочным планированием и развитием бизнеса. Например, аналитики решают, будет ли компания приобретать новые активы, запускать новые направления бизнеса.

Пример. Помимо «Северстали» и добывающих предприятий «Севергрупп» решила развиваться через создание цифровых активов, в частности, купив онлайн-ритейлера «Утконос».

Подразделение компании, которое внедряет цифровые технологии для оптимизации бизнес-процессов, повышения ценности для клиентов, разработки инноваций и улучшения организационных результатов.

Использование инструментов обмена данными, Интернета вещей позволяет получать метрики от больших производственных машин, объединять их в единую экосистему и минимизировать потери, к примеру, металла, а также оптимизировать трудозатраты.

Пример. Цифровая трансформация в металлургической или тяжёлой промышленности — это работа по внедрению ИТ-систем, в результате чего часть процессов автоматизируют, а часть оптимизируют.

Это команда, которая создаёт инструменты для сбора данных и далее для управления компанией на основе данных. Например, инструмент для сбора данных Share point для сотрудников или автоматический сбор данных.

BI — решение на собственном движке или внутри сервисов Tableau, Power BI, QlikView. Позволяет создавать автоматические отчёты, которые демонстрируют эффективность работы компании.

Аналитики в операционных командах могут посчитать финансовую модель проекта: сколько денег нужно вложить для реализации проекта, где целесообразно купить существующую компанию для выхода на рынок, а где — создать компанию с нуля.

В таких случаях это смежная с менеджментом специальность.

Пример. В Яндексе операционная команда запускает бизнес в новых городах и странах.

Функция, близкая к отчётности и стратегии. Такие команды создают системы KPI, поддерживают OKR (инструменты планирования), премии, расчёт показателей эффективности, бонусы — количественные показатели, которые крупные компании используют для сохранения конкурентоспособности и развития.

Business Intelligence (BI) — бизнес-аналитика, точнее — анализ бизнес-данных для принятия управленческих решений

Выдержит ли позис китайский удар

— Хорошо, частный собственник суперэффективен, но при этом все заказы у оборонных компаний — от бюджета…

— Не совсем так. Взять «бытовку» Завода имени Серго.

— Редчайший случай…

— Да, это редкий пример того, когда у гражданской продукции большой масштаб, а не какие-то опытные партии.

«Проблема льгот для «ПОЗИСа» поднимается постоянно»«Проблема льгот для ПОЗиСа поднимается постоянно»

— Боимся, китайцы, которых в России посадили на льготы, подрубят ему рынок…

— Проблема льгот для ПОЗиСа поднимается постоянно. Недавно для решения сложных актуальных вопросов между «Ростехом» и Татарстаном создали рабочую группу под председательством Сергея Чемезова и Рустама Минниханова. Первое заседание прошло весной в госкорпорации, а второе проведем в сентябре на ПОЗиСе.

В проекте программы — мой доклад о возможных льготах для завода: либо в рамках действующего законодательства, либо придется его изменить. Надо сделать равными условия работы в России иностранных компаний и таких предприятий, как ПОЗиС. Субсидии возможны как из регионального, так и из федерального бюджета. Идею поддерживает вице-премьер Юрий Борисов.

Среди прочего нас волнует то, что мелкий калибр, на котором специализируется Завод имени Серго, достаточно волатилен: когда идут региональные конфликты —  заказ стремится вверх, как закончились — падает. Для компании жизненно важно иметь диверсифицированную номенклатурную линейку, иначе в условиях перепадов невозможно работников содержать в том же количестве и на ту же зарплату. Оптимизировать численность? Если сегодня ты людей отправишь за забор, их больше не вернешь.

А то, что в особые экономические зоны Татарстана зашли китайцы, для республики хорошо, и, если бы они пошли в ОЭЗ другого региона, проблемы ПОЗиСа от этого бы не исчезли.

— Страна не должна была пускать…

— Это другой разговор.

— Какую господдержку должен получать ПОЗиС, чтобы быть в паритете с китайскими производителями?

— Примерно 300 миллионов в год.

— Словом, есть надежда, что наш маленький завод выживет под боком у мирового гиганта…

— Если до этого дня выжил, то и дальше не пропадет. Он производит половину гражданской продукции «Техмаша», хорошо работает на сверхконкурентном рынке. Провел впечатляющее перевооружение по гражданской тематике — людей на линиях почти нет. В правительстве России о заводе знают, готовы поддерживать его новые проекты.

Радик Шавкятович (Радик Хасанов —генеральный директор Завода им. Серго — прим. ред.) предприятием занимается от и до. Это один из немногих оборонных директоров, кто может работать в рынке. Помогать и не мешать, и все нормально будет.

Также на заседании поднимем вопрос о создании на ПОЗиСе центра по выпуску гальванических линий для предприятий «Ростеха». Для этого переведем в Зеленодольск это производство с КазГАПа — на Заводе имени Серго есть площади, квалифицированный персонал, который занимается разработкой и производством нестандартного оборудования. Уже начали грузить его контрактами — например, гальванику для «Иркута» и «Сплава» будут делать там.

Кроме того, сейчас Завод имени Серго разворачивает производство нового калибра — 57 миллиметров. Это новинка, разработка почти завершена. Минобороны считает данный калибр перспективным, готово размещать крупные заказы.

— Это боеприпасы с так называемыми умными взрывателями?

— Предусмотрены и многофункциональные взрыватели, и механические.

«Артур Хисамеев — один из лучших наших директоров»«Артур Хисамеев — один из лучших наших директоров»

— То есть по боеприпасам Завод имени Серго переходит в новую весовую категорию…

— Сказал бы, что это логичное продолжение малого калибра, который становится все более крупным, и нет смысла специально строить под него отдельный завод.

— Насколько можно понять, «Точмаш» претендует на то, чтобы не только изготавливать взрыватели, но и проектировать их…

— Артур Хисамеев — один из лучших наших директоров. В 2021 году завод стал научно-производственным объединением, но сегодня в его конструкторском бюро работают всего 6 человек. Чтобы разрабатывать взрыватели, нужна школа. Да, может развиться центр компетенций, но это годы.

— У каких гражданских тем «Точмаша» есть перспективы?

— Первая — производство малых компрессоров. Вторая — перфорационный инструмент для буровзрывных работ: в мире и России данный рынок растет на 10–12 процентов в год.

«Не вижу необходимости что-то усиливать и докручивать — компетенции КХТИ сомнений не вызывают»«Не вижу необходимости что-то усиливать и докручивать — компетенции КНИТУ-КХТИ сомнений не вызывают»

На пороховом будет технопарк?

— Судьбу порохового завода наконец решили — он остается в Казани?

— В свое время там было несколько чрезвычайных происшествий, и руководство Татарстана обсуждало с федеральным центром необходимость переноса предприятия из города, даже определили куда — на Алексинский химкомбинат. Но сегодня позиция Рустама Минниханова — производство надо сохранить. Скажу так: оно в принципе не несет опасности для города.

Почему случались ЧП? Не уделялось должного внимания промышленной безопасности. Сейчас ею занимаются на очень высоком уровне, по безопасности это одно из лучших предприятий отрасли. В 60 процентах случаев чрезвычайные ситуации — это человеческий фактор.

А производство нитроцеллюлозы в Казани, наверное, надо прекращать. Это уже экологическая тема. Кстати, пороховой далеко не в первых рядах по таким рискам.

Дополнительный анализ:  Что будет дальше с курсом рубля, ценой нефти и Россией? Интервью финансового аналитика Степана Демуры

— Как идет модернизация завода в целом?

— Масштабная модернизация закончена в 2021 году. Но сегодня на рассмотрении коллегии ВПК находится разработанная нами программа развития боеприпасной отрасли и спецхимии. Объем — 138 миллиардов рублей, 33 миллиарда из них — на мероприятия для казенных предприятий. Для порохового предусмотрено 4,5 миллиарда на промбезопасность и экологию.

— Будет ли оптимизация территории?

— Думаем об этом. Сейчас у завода 481 гектар. По инициативе генерального директора Александра Лившица планируем создание технопарка типа «Химграда». Первый этап — на площади 30–50 гектаров, второй — еще 130–150. Специализация — химическая: «зеленая» и малотоннажная химия, машиностроение, металлообработка, IT-технологии.

— Одно время говорили, что часть территории могут отдать под жилье. Может, действительно, часть земли продать под застройку и заработать?

— С учетом новых мер по промбезопасности избыток территории есть, но отдать ее под жилье невозможно — у таких  производств должна быть санитарная зона.

— К традиционной гражданской продукции порохового что-то добавится?

— Обязательно — искусственная кожа, у нее высокий потенциал: спрос колоссальный, в том числе решается вопрос по импортозамещению. Просто нужна нормальная технология и умение продавать. Флексографические краски — для рынка упаковки. И обязательно продолжим развивать производство охотничьих и спортивных порохов. В мире — бум.

— Что ожидает головного разработчика отрасли — ГосНИИхимпродуктов?

— По оснащению институт достаточно упакован. Постоянно идут НИР и ОКР, в том числе по производству порохов, которые делали бы боеприпасы безопасными при хранении. НИИ работает и над порохами из льняной целлюлозы. Они более стабильны, чем «хлопковые».

Рассчитываем, что и цена приобретения будет ниже («хлопковый» стоит 2 тысячи долларов за тонну). Это и импортозамещение, то есть гарантия от перебоев с поставкой сырья из-за границы. Кстати, в вопросе целлюлозы мы очень рассчитываем на «Татнефть». Недавно она купила Вологодский завод по производству льна.

Сейчас обсуждаем с республикой размещение там наших заказов. Перед Наилем Магановым стоит серьезная задача по загрузке данного предприятия, мы готовы все наши пороховые заводы переключить на него, заключить долгосрочные контракты… Словом, институт будем всячески развивать.

— По известной информации, подконтрольный КНИТУ-КХТИ институт «Союзхимпроект», КазГАП и пороховой отвечают за модернизацию Алексинского химкомбината. Почему они?

— «Союзхимпроект» в кооперации с КазГАПом проектирует один из этапов производства — стабилизации пороха. И строить его будет КазГАП. Казанский пороховой вместе с Алексинским опытным механическим заводом — поставщики оборудования для этапов стабилизации и производства пороха. Стараемся загрузить подведомственные предприятия.

— КНИТУ-КХТИ — главный в России по подготовке специалистов для спецхимии. Есть ли у «Технодинамики» возможность влиять на учебный процесс?

— Не вижу необходимости что-то усиливать и докручивать — компетенции КНИТУ-КХТИ сомнений не вызывают.

— В вашем зале для презентаций заметили модель самолета «Альтаир», входящего в беспилотный комплекс «Альтиус». Разве УЗГА тоже входит в «Технодинамику»?

— Нет, УЗГА входит во владеющую нашим холдингом группу «Динамика». Но у нас обширная кооперация. Для «Альтаира» делаем шасси и еще некоторые агрегаты, потому что в нем достаточно много импортного.

— Как вообще оцените развитие в России тематики БПЛА? Даже Турция нам класс показала…

— Постепенно тема раскручивается, хотя и не так быстро, как хотелось бы. Многое в заделе, на испытаниях. А турецкие беспилотники — всего лишь пример резкого скачка по отдельному направлению после его накачки деньгами. И в Нагорном Карабахе все было с большими нюансами.

— Четверть века побежденная в холодной войне страна не могла финансировать науку, оборонку. Как бы ни говорили, что у нас есть нечто прорывное, это скорее чудо, ну и усиленное финансирование последних лет. Есть ли шанс, что мы будем конкурентоспособными с мировыми военно-промышленными лидерами?

— Сказать, что мы передовики во всем, нельзя, но есть области, где Россия — безусловный лидер. Некоторые направления лихолетьем не потрепаны, они всегда финансировались полным рублем. Впрочем, и состояние других предприятий кардинально изменилось — это, что называется, медицинский факт.

Я помню, какими были многие компании перед вхождением в тот же КРЭТ, а сегодня убыточных почти нет. Если посмотрите техперевооружение авиа- и двигателестроения, будете удивлены: сказать, что по технической оснащенности наши заводы так уж отличаются от мировых гигантов, нельзя.

Специалисты тоже есть. Стало появляться немало молодых людей с хорошим образованием, которые связывают судьбу с оборонкой. В компаниях, где вопросу сохранения персонала уделяют внимание, не жалеют денег на обучение, эти люди работают и работают. И на традиционных рынках мы присутствуем, несмотря на санкционное давление, которое приносит немало трудностей. Оружие наше хорошее, функциональное, работает там, где ничего больше не действует.

Обзор инвестидеи: стоит ли покупать фск с потенциалом роста 25%

Аналитики ЛМС рекомендуют покупать бумаги в расчете на щедрые дивиденды и 25-процентный рост. Компания привлекательна с точки зрения выплат, но квартальные финансовые результаты неоднозначны, говорят эксперты.

В пользу покупки обыкновенных акций Федеральной сетевой компании (ФСК ЕЭС, входит в «Россети», управляет магистральными электросетями) ЛМС приводит несколько факторов:

24 мая совет директоров компании рекомендовал акционерам направить на финальные дивиденды  за 2021 год 0,0148 руб. на акцию с текущей доходностью 8,2%. Реестр акционеров открыт до 18 июля. Общий размер дивидендов за 2021 год, включая промежуточную выплату за I квартал 2021-го, составит 0,0159 руб. на акцию с доходностью 8,8%.

  • Рост финансовых показателей

Компания в I квартале 2021 года увеличила чистую прибыль по МСФО в 2,4 раза год к году, выручку — на 22%. ЕBITDA выросла на 54%.

Компания недооценена с точки зрения фундаментальных показателей. Потенциал роста по мультипликатору P/E  — 19%.

«Интер РАО» ведет переговоры с ФСК о выкупе своих акций (ФСК принадлежит пакет 18,47%). Окончательных решений нет, пакет может быть продан не полностью. Сейчас он оценивается в 77,2 млрд руб., но может быть продан с 19-процентным дисконтом к рынку. В случае продажи всего пакета мультипликатор EV/EBITDA , отражающий отношение стоимости капитала к прибыли, снизится с 3,5 до 3. Появится потенциал роста на 25% до прежней оценки с целевой ценой 0,2 руб. за акцию.

Кроме того, полученные от продажи средства позволят ФСК погасить часть долга и тем самым снизить долговую нагрузку.

Стоит ли вкладываться

Участники финансового рынка позитивно восприняли новость о дивидендах. Например, аналитики «Атона» ожидали меньшую сумму финальных дивидендов (0,013 руб. на акцию с доходностью 7,2%). Компания расценивает ФСК как одного из наиболее привлекательных и стабильных плательщиков дивидендов в электроэнергетике. Они, как и ЛМС, ожидают рост бумаг на горизонте 12 месяцев на 25%.​

Анатитик «Финама» Наталья Малых менее оптимистична. Ее смущает квартальная финансовая отчетность по МСФО. Чистая прибыль и EBITDA действительно заметно выросли, но рост обусловлен главным образом низкой базой прошлого года, когда был признан убыток 12,3 млрд руб. от восстановленя контроля над «Нурэнерго». При этом ​операционные расходы выросли еще быстрее. В итоге по скорректированным показателям улучшения нет: скорректированная чистая прибыль осталась на уровне I квартала прошлого года, а скорректированная EBITDA сократилась на 1,1% год к году. «Финам» поставил рекомендацию по FEES на пересмотр.

Аналитический показатель, указывающий на объем прибыли до вычета расходов по выплате процентов, налогов, износа и амортизации. Несмотря на свою популярность, комиссия по ценным бумагам США (SEC) не считает его частью Общепринятых Принципов Бухгалтерского Учёта (GAAP).Расчетный показатель. Позволяет оценить уровень недооцененности или переоцененности активов рынком. Считается как отношение показателя, содержащего рыночную стоимость актива (капитализация, цена акции, стоимость бизнеса) с отчетным финансовым показателем (выручка, прибыль, EBITDA и др.). Недооцененность или переоцененность актива оценивается при сравнении значения мультипликатора с мультипликаторами конкурентов. Соотношение капитализации компании к ее чистой прибыли. Популярный показатель для оценки стоимости акций и поиска недооцененных и переоцененных компаний Дивиденды — это часть прибыли или свободного денежного потока (FCF), которую компания выплачивает акционерам. Сумма выплат зависит от дивидендной политики. Там же прописана их периодичность — раз в год, каждое полугодие или квартал. Есть компании, которые не платят дивиденды, а направляют прибыль на развитие бизнеса или просто не имеют возможности из-за слабых результатов.

Акции дивидендных компаний чаще всего интересны инвесторам, которые хотят добиться финансовой независимости или обеспечить себе достойный уровень жизни на пенсии. При помощи дивидендов они создают себе источник пассивного дохода.Подробнее

Оцените статью
Аналитик-эксперт
Добавить комментарий